input stringlengths 29 258 | target stringlengths 115 300 |
|---|---|
знаете, ваш... князь, говорил офицер, который видимо находился в недоумении как ему обращаться с | этим адъютантом: он боялся одинаково и унижаться, и не быть достаточно вежливым, — ведь вы сами знаете, князь, что походом бывали дни, что солдаты не емши, ну, как запретить... вы |
спасая жизнь (об этом он и не смел мечтать), а просто умереть в глазах государя. Он действительно был | влюблен и в царя, и в славу русского оружия, и в надежду будущего торжества. И не он один испытывал это чувство в те памятные дни, предшествующие Аустерлицкому сражению: девять десятых |
что̀ он намерен совершить или совершил: он вообще ничего не говорил о себе, не играл никакой роли, казался | всегда самым простым и обыкновенным человеком и говорил самые простые и обыкновенные вещи. Он писал письма своим дочерям и m-me Staël, читал романы, любил общество красивых женщин, шутил с генералами, |
что они оба не спали, ухаживая за горевшим в жару | мальчиком. Все сутки эти, не доверяя своему домашнему доктору и ожидая того, за которым было послано в город, они предпринимали то то, то другое средство. Измученные бессонницей и встревоженные, они |
освобождения из плена он приехал в Орел, и на третий день своего приезда, в | то время как, он собрался в Киев, заболел и пролежал в Орле три месяца; с ним сделалась, как говорили доктора, желчная горячка. Несмотря на то, что доктора лечили его, пускали |
куда-то спешащего, много солдат, но так же как и всегда ездили извозчики, купцы стояли у лавок, и в церквах шла | служба. Алпатыч прошел в лавки, в присутственные места, на почту и к губернатору. В присутственных местах, в лавках, на почте, все говорили о войске, о неприятеле, который уже напал на |
В Троицкой Лавре они говорили о прошедшем, и он сказал | ей, что ежели бы он был жив, он благодарил бы вечно Бога за свою рану, которая свела его опять с нею; но с тех пор они никогда не говорили о |
стали, по приглашениям городских жителей, заворачивать в дворы и подъезжать | к подъездам домов Поварской улицы. Наташе, видимо, понравились эти, вне обычных условий жизни, отношения с новыми людьми. Она вместе с Маврой Кузьминишной старалась заворотить на свой двор как можно больше |
груди и сказала: «Теперь весь, весь мой, мой! Не уйдешь!» — с этого времени начался этот разговор, | противный всем законам логики, противный уже потому, что в одно и то же время говорилось о совершенно-различных предметах. Это одновременное обсуждение многого не только не мешало ясности понимания, но, напротив, |
sauvé la vie. Vous êtes français. Vous me demandez sa grâce? Je vous | l'accorde. Qu'on emmène cet homme,6 — быстро и энергично проговорил французский офицер, взяв под руку произведенного им за спасение его жизни во французы Пьера, и пошел с ним в комнату. |
было, что l’amour,1 которую так любил француз, была не та низшего и простого рода любовь, которую Пьер испытывал когда-то к своей | жене, ни та раздуваемая им самим романтическая любовь, которую он испытывал к Наташе (оба рода этой любви Рамбаль одинаково презирал — одна была l’amour des charretiers, другая l’amour des nigauds);2 |
были тонкие намеки на чувства, и улучив время, когда князь Андрей | был один, начала с ним разговор о чувствах вообще и о своей сестре. Ей нужно было с таким умным (каким она считала князя Андрея) гостем приложить к делу свое дипломатическое |
пример того, что после выигранного сражения войско должно отступать, он один, в противность всем, до | самой смерти утверждает, что Бородинское сражение — победа. Он один во всё время отступления настаивает на том, чтобы не давать сражений, которые теперь бесполезны, не начинать новой войны и не |
выгодным для нее фоном. Пьер, за эти два года, вследствие своего постоянного | сосредоточенного занятия невещественными интересами и искреннего презрения ко всему остальному, усвоил себе в неинтересовавшем его обществе жены тот тон равнодушия, небрежности и благосклонности ко всем, который не приобретается искусственно и |
ж ты думаешь, — сердито сказал старый князь, — что я ее | держу, не могу расстаться? Вообразят себе! — проговорил он сердито. — Мне хоть завтра! Только скажу тебе, что я своего зятя знать хочу лучше. Ты знаешь мои правила: всё 275 |
Проводив главнокомандующего, князь Василий сел в зале один на стул, закинув высоко ногу | на ногу, на коленку упирая локоть и рукою закрыв глаза. Посидев так несколько времени, он встал и непривычно-поспешными шагами, оглядываясь кругом испуганными глазами, пошел чрез длинный корридор на заднюю половину |
— завтра что̀ же тебе надо? За кем пошлешь? Шиншина? | — она загнула один палец; — плаксу Анну Михайловну, — два. Она здесь с сыном. Женится сын-то! Потом Безухова чтоль? И он здесь с женой. Он от нее убежал, а |
что в городе было оживленнее по случаю прибытия многих богатых семей из Москвы, и | что, как и во всем, что̀ происходило в то время в России, заметна была какая-то особенная размашистость — море по колено, трын-трава всё в жизни, да еще в том, что |
имеющих каждый свой оттенок. В числе их самый обширный был кружок французский, Наполеоновского союза — графа Румянцова и Caulaincourt’a.1 В этом кружке одно из самых | видных мест заняла Элен, как только она с мужем поселилась в Петербурге. У ней бывали господа французского посольства и большое количество людей, известных своим умом и любезностью, принадлежавших к этому |
точно на парад. Чудный народ! Наш Неаполитанский король, который в этих делах собаку съел, | кричал им: браво! — Га, га, так вы наш брат солдат! — Тем лучше, тем лучше, господин Пьер. Страшны в сражениях, любезны с красавицами, вот французы, господин Пьер. Не правда |
— Ко мне милости прошу, вот ты с моим молодцом знаком... | вместе там, вместе геройствовали... А! Василий Игнатьич... здорово, старый, — обратился он к проходившему старичку, но не успел еще договорить приветствия, как всё зашевелилось, и прибежавший лакей, с испуганным лицом, |
слушала и не понимала того, что он говорил. Он, чуткий, нежный князь | Андрей, как мог он говорить это при той, которую он любил и которая его любила! Ежели бы он думал жить, то не таким холодно-оскорбительным тоном он сказал бы это. Ежели |
молчаливая, серьезная, очевидно понесшая поражение у старого князя. Она была еще слишком взволнована от происшедшего столкновения, | чтобы быть в силах спокойно рассказать дело. На вопрос графа она отвечала, что всё хорошо и что она завтра расскажет. Узнав о посещении графини Безуховой и приглашении на вечер, Марья |
обращая внимания на ужас, выразившийся на всех лицах, кроме лица | князя Андрея, и на презрительные пожатия плеч, он продолжал говорить один против очевидного нежелания хозяйки. Все, кроме князя Андрея, слушали его, удивленно переглядываясь. Князь же Андрей слушал с участием и |
он слышал дальние выстрелы, но звуки не поразили его. Сильнее всего поразило | его то, что, приближаясь к Смоленску, он видел прекрасное поле овса, которое какие-то солдаты косили очевидно на корм и по которому стояли лагерем: это обстоятельство поразило Алпатыча, но он скоро |
силы тепла, электричества, или силы химического сродства или жизненной силы составляют содержание астрономии, физики, химии, ботаники, зоологии и т. д., точно так же сущность силы свободы составляет содержание истории. Но | точно так же, как предмет всякой науки есть проявление этой неизвестной сущности жизни, сама же эта сущность может быть только предметом метафизики, — точно так же проявление силы свободы людей |
люди, как нужны волки в организме природы и они всегда есть, всегда являются и держатся, как ни несообразно кажется их присутствие | и близость к главе правительства. Только этою необходимостью можно объяснить то, как мог жестокий, лично выдергивавший усы гренадерам и не могший по слабости нерв переносить опасность, необразованный, непридворный Аракчеев держаться |
— L’Empereur! L’Empereur! Le maréchal! Le duc!2 — и только что | проехали сытые конвойные, как прогремела карета цугом, на серых лошадях. Пьер мельком увидал спокойное, красивое, толстое и белое лицо человека в треугольной шляпе. Это был один из маршалов. Взгляд маршала |
то, что Иогель не признавал эту мазурку настоящею, все были восхищены мастерством | Денисова, беспрестанно стали выбирать его, и старики, улыбаясь, стали разговаривать про Польшу и про доброе старое время. Денисов, раскрасневшись от мазурки и отираясь платком, подсел к Наташе и весь бал |
написанным им прежде художественным произведениям и их изданиям, в том или ином | виде, не придавал значения. Нам представляется менее значительным отношение Толстого к тексту «Войны и Мира» в 1886 г. и более существенным его суждение о нем в период его работы над |
есть перенесенная на правителя совокупность воль, то Пугачев есть ли | представитель воль масс? Если не есть, то почему Наполеон I есть представитель? Почему Наполеон III, когда его поймали в Булони, был преступник, а потом были преступники те, которых он поймал? |
его ребенком, и теперь дружба его с Андреем, его с женою, а главное, его доброе, | простое лицо расположили ее к нему. Она смотрела на него своими прекрасными, лучистыми глазами и, казалось, говорила: «я вас очень люблю, но пожалуйста не смейтесь над моими». Обменявшись первыми фразами |
Ежели еще год Бонапарте останется на престоле Франции, — продолжал виконт начатый разговор, с видом человека не слушающего | других, но в деле, лучше всех ему известном, следящего только за ходом своих мыслей, — то дела пойдут слишком далеко. Интригой, насилием, изгнаниями, казнями, общество, я разумею хорошее общество, французское, |
ли или дурно выходить от живого мужа замуж, не говорили, потому что | вопрос этот очевидно был уже решенный для людей поумнее нас с вами (как говорили) и усумниться в правильности решения вопроса значило рисковать выказать свою глупость и неумение жить в свете. |
бревен и тесу, балаганам, и ввели в один из них. В темноте человек двадцать различных людей окружили Пьера. Пьер смотрел на них, не понимая, кто такие эти люди, зачем они | и чего хотят от него. Он слышал слова, которые ему говорили, но не делал из них никакого вывода и приложения: не понимал их значения. Он сам отвечал на то, что |
переменяются направления всего стада, то это происходит от того, что для достижения того направления, которое нам известно, животные передают свои воли тем животным, которые нам заметны, поэтому | для того чтоб изучать движение стàда, надо наблюдать всех заметных нам животных, идущих со всех сторон стàда». Так говорят историки третьего разряда, признающие выражениями своего времени все исторические лица, от |
Он не сделал ничего вредного для хода сражения: он склонялся на | мнения более благоразумные; он не путал, не противоречил сам себе, не испугался и не убежал с поля сражения, а с своим большим тактом и опытом войны, спокойно и достойно исполнял |
него. Глаза его закрывались, и в воображении представлялся то государь, то Денисов, то московские воспоминания, и он опять поспешно открывал глаза и | близко перед собой он видел голову и уши лошади, на которой он сидел, иногда черные фигуры гусар, когда он в шести шагах наезжал на них, а вдали всё ту же |
faire le triage des lettres et prendre celles qui nous sont destinées. Le maréchal nous regarde faire et | attend les paquets qui lui sont adressés. Nous cherchons — il n’y en a point. Le maréchal devient impatient, se met lui même à la besogne et trouve des lettres |
он прежде мучился, чего он искал постоянно, цель жизни, — теперь для него не существовала. Эта искомая цель жизни | теперь не случайно не существовала для него, не в настоящую только минуту, но он чувствовал, что ее нет и не может быть. И это-то отсутствие цели давало ему то полное, |
сегодня. С соболезнованием видит император, что отборные солдаты, назначенные охранять его особу, долженствующие подавать пример подчиненности, 1 Часть моего округа продолжает | подвергаться грабежу солдат 3-го корпуса, которые не довольствуются тем, что отнимают скудное достояние несчастных жителей, попрятавшихся в подвалы, но еще и с жестокостию наносят им раны саблями, как я сам |
мог дать почувствовать, а то год ведь продолжалось. И что́ же, вызвал на дуэль, полагая, что Федя не будет драться, потому | что он ему должен. Какая низость! Какая гадость! Я знаю, вы Федю поняли, мой милый граф, оттого-то я вас душой люблю, верьте мне. Его редкие понимают. Это такая высокая, небесная |
освещенное лунным светом. Он продел руки под шубку, прикрывавшую ее голову, | обнял, прижал к себе и поцеловал в губы, над которыми были усы и от которых пахло жженой пробкой. Соня в самую середину губ поцеловала его и, выпростав маленькие руки, с |
положил в жилетный карман табакерку, опять вынул ее, несколько раз | приставлял ее к носу и остановился против Балашева. Он помолчал, поглядел насмешливо прямо в глаза Балашеву и сказал тихим голосом: — cependant quel beau règne aurait pu avoir votre maître!1 |
вся мебель вынесена или переставлена, зеркала, картины сняты. В комнатах стояли | сундуки, валялось сено, оберточная бумага и веревки. Мужики и дворовые, выносившие вещи, тяжелыми шагами ходили по паркету. На дворе теснились мужицкие телеги, некоторые уже уложенные вèрхом и увязанные, некоторые еще |
глаза, так презрительно, что француженка покраснела и ушла, ничего не | сказав. Когда он подошел к комнате сестры, княгиня уже проснулась, и ее веселый голосок, торопивший одно слово за другим, послышался из отворенной двери. Она говорила, как будто после долгого воздержания |
три; вода была такая грязная, что нельзя было решить, когда крепок или некрепок чай, и в | самоваре воды было только на шесть стаканов, но тем приятнее было по очереди и старшинству получать свой стакан из пухлых с короткими, несовсем чистыми ногтями ручек Марьи Генриховны. Все офицеры, |
пропозицию насчет вас, — сказал он, неестественно улыбаясь. — Вы, я думаю, догадались, — продолжал он, — что князь Василий приехал сюда и привез с собой своего | воспитанника (почему-то князь Николай Андреич называл Анатоля воспитанником) не для моих прекрасных глаз. Мне вчера сделали пропозицию насчет вас. А так как вы знаете мои правила, я отнесся к вам. |
прошла в буфет с рюмкой через залу. Наташа взглянула на | нее, на щель в буфетной двери и ей показалось, что она вспоминает то, что из буфетной двери в щель падал свет и что Соня прошла с рюмкой. «Да и это |
— крикнул казак, стоявший у ворот, — едет! Болконский и | Денисов подвинулись к воротам, у которых стояла кучка солдат (почетный караул) и увидали подвигавшегося по улице Кутузова, верхом на невысокой гнедой лошадке. Огромная свита генералов ехала за ним. Барклай ехал |
в ночь едет в Можайск к войску, и чтобы туда были высланы его верховые лошади. Всё это | не могло быть сделано в тот же день, и потому, по представлению Евстафьевича, Пьер должен был отложить свой отъезд до другого дня, с тем чтобы дать время подставам выехать на |
известие, ставившее командуемую им армию почти в безвыходное положение. Лазутчик доносил, что французы в огромных силах, перейдя | венский мост, направились на путь сообщения Кутузова с войсками, шедшими из России. Ежели бы Кутузов решился оставаться в Кремсе, то полуторастатысячная армия Наполеона отрезала бы его от всех сообщений, окружила |
исподлобья глядя на него. Взгляд этот всё больше и больше беспокоил и смущал | Бориса. Он чаще оглядывался на Наташу и прерывался в рассказах. Он просидел не больше 10 минут и встал, раскланиваясь. Всё те же любопытные, вызывающие и несколько насмешливые 1 [вполне порядочно.] |
с тем особенным пристрастием (которое бывает у людей тупых) к умозаключению, до которого | они дойдут своим умом, повторил то рассуждение, которое он раз сто повторял Долохову. — Ведь я тебе толковал, я решил: ежели этот брак будет недействителен, — сказал он, загибая палец, |
рассказал, как в Галиции ему удалось говорить с великим князем, когда он объезжал полки | и гневался за неправильность движения. С приятною улыбкой на лице он рассказал, как великий князь, очень разгневанный, подъехав к нему, закричал: «Арнауты!» (Арнауты — была любимая поговорка цесаревича, когда он |
в Америку, но возвратился с пути, получив известие об Аустерлицком сражении и | конце войны. В 1813 г. Моро был вызван в Европу для борьбы с Наполеоном и принял участие в военных действиях против французских войск. В сражении при Дрездене был смертельно ранен |
(1768—1828) — маршал Франции. Был товарищем Наполеона по артиллерийской школе. В | 1800 г. назначен им в адъютанты. Участвовал в кампаниях 1805 и 1809 гг. В 1811 г. был послом в Петербурге — II 307. III 14, 15. IV 70, 71, 106, |
был прекрасный министр, но как только она в опасности, нужен свой, родной человек. А у вас в клубе | выдумали, что он изменник! Тем, что его оклеветали изменником, сделают только то, что потом, устыдившись своего ложного нарекания, из изменников сделают вдруг героем или гением, что еще будет несправедливее. Он |
меблирован самыми простыми жесткими диванами и креслами, столами и стульями из своих | берез и работы своих столяров. Дом был поместителен, с комнатами для дворни и отделениями для приезжих. Родные Ростовых и Болконских иногда съезжались гостить в Лысые Горы, семьями, на своих 16-ти |
— Воззвание! Ах, да! — Пьер стал в карманах искать бумаг | и не мог найти их. Продолжая охлопывать карманы, он поцеловал руку у вошедшей графини и беспокойно оглядывался, очевидно ожидая Наташу, которая не пела больше, но и не приходила в гостиную. |
различными отправлениями торговли, ремесл, роскоши, государственного управления, религии. Формы эти были безжизненны, но они еще существовали. | Были ряды, лавки, магазины, лабазы, базары, — большинство с товарами; были фабрики, ремесленные заведения; были дворцы, богатые дома, наполненные предметами, роскоши; были больницы, остроги, присутственные места, церкви, соборы. Чем долее |
всеми Наполеоновскими достопримечательностями Европы. В Эрфурте она имела блестящий успех. | Сам Наполеон, заметив ее в театре, спросил кто она и оценил ее красоту. Успех ее в качестве красивой и элегантной женщины не удивлял Пьера, потому что с годами 1 Коленкуpa |
помещичьего дома, на левой стороне дороги, стояли экипажи, фургоны, толпы денщиков | и часовые. Тут стоял светлейший. Но в то время, как приехал Пьер, его не было, и почти никого не было из штабных. Все были на молебствии. Пьер поехал вперед к |
мешал ей больше, чем когда-нибудь, именно нынче, потому что присутствие Анатоля перенесло ее живее | в другое время, когда этого не было и ей было всё легко и весело. Она сидела в кофточке и чепце на кресле. Катя, сонная и с спутанною косой, в третий |
лет, одетые в грязные коротенькие платьица и салопчики, с выражением недоумения на бледных, испуганных лицах, смотрели на мать. Меньшой мальчик лет семи, в чуйке и в | чужом огромном картузе, плакал на руках старухи-няньки. Босоногая, грязная девка сидела на сундуке и, распустив белесую косу, обдергивала опаленные волосы, принюхиваясь к ним. Муж, невысокий, сутуловатый человечек в виц-мундире с |
Князь Василий решил, что эту кость, вексель в 30 т., надо было всё-таки бросить бедной княжне с тем, чтоб ей не | могло прийти в голову толковать об участии князя Василия в деле мозаикового портфеля. Пьер подписал вексель, и с тех пор княжна стала еще добрее. Младшие сестры стали также ласковы к |
d’une bataille. Celui qui s’est retiré après la bataille, l’a perdu, voilà ce que nous disons, et à titre nous avons perdu | la bataille de Poultousk. Bref, nous nous retirons après la bataille, mais nous envoyons un courrier à Pétersbourg, qui porte les nouvelles d’une victoire, et le général ne cède pas |
Москву защищать не будут, он вдруг почувствовал что то, что̀ ему прежде представлялось только возможностью, теперь сделалось необходимостью и | неизбежностью. Он должен был, скрывая имя свое, остаться в Москве, встретить Наполеона и убить его, чтоб или погибнуть, или прекратить несчастье всей Европы, происходившее, по мнению Пьера, от одного Наполеона. |
ему сделала. Когда молились за любящих нас, она молилась о своих домашних: об отце, матери, Соне, в первый раз теперь понимая всю свою вину перед ними и чувствуя | всю силу своей любви к ним. Когда молились о ненавидящих нас, она придумала себе врагов и ненавидящих для того, чтобы молиться за них. Она причисляла к врагам кредиторов и всех |
одно и то же. — Ведь нельзя же отлучаться так. Князь приказал, чтобы никого не было. Ну, вот | вы, г. штабс-капитан, — обратился он к маленькому, грязному, худому артиллерийскому офицеру, который без сапог (он отдал их сушить маркитанту), в одних чулках, встал перед вошедшими, улыбаясь не совсем естественно. |
Честное слово, не говоря уже про то, чем я вам | обязан, я чувствую к вам дружбу. Не могу ли я сделать для вас что-нибудь? Располагайте мною. Это на жизнь и на смерть. Я говорю вам это, кладя руку на сердце, |
лошади и люди по одиночке и кучами. Подобного ужаса, такого количества убитых на | таком малом пространстве, никогда не видали еще и Наполеон, и никто из его генералов. Гул орудий, не перестававший десять часов сряду и измучивший ухо, придавал особенную значительность зрелищу (как музыка |
Шерер, фрейлина и приближенная императрицы Марии Феодоровны, встречая важного и чиновного князя Василия, первого | приехавшего на ее вечер. Анна Павловна кашляла несколько дней, у нее был грипп, как она говорила (грипп был тогда новое слово, употреблявшееся только редкими). В записочках, разосланных утром с красным |
Феоклитыч, — обратился он к эсаулу, — ведь это опять от немца. Он при нем состоит. — И Денисов рассказал эсаулу, что содержание | бумаги, привезенной сейчас, состояло в повторенном требовании от генерала немца присоединиться для нападения на транспорт. — Ежели мы его завтра не возьмем, он у нас из под носа вырвет, — |
такое равновесие? — начал было Пьер; но в это время подошла Анна Павловна и, строго взглянув | на Пьера, спросила итальянца о том, как он переносит здешний климат. Лицо итальянца вдруг изменилось и приняло оскорбительно притворное, сладкое выражение, которое, видимо, было привычно ему в разговоре с женщинами. |
он очнулся, Наташа, та самая живая Наташа, которую из всех людей в мире ему | более всего хотелось любить тою новою, чистою, божескою любовью, которая была теперь открыта ему, стояла перед ним на коленах. Он понял, что это была живая, настоящая Наташа и не удивился, |
из Вены. Кутузову надо было итти еще целые сутки с своими | обозами, чтобы достигнуть Цнайма, и потому, чтобы спасти армию, Багратион должен был с четырьмя тысячами голодных, измученных солдат удерживать в продолжение суток всю неприятельскую армию, встретившуюся с ним в Голлабруне, |
Раздевшись, но не стирая пробочных усов, они долго сидели, разговаривая о своем | счастьи. Они говорили о том, как они будут жить замужем, как их мужья будут дружны и как они будут счастливы. На Наташином столе стояли еще с вечера приготовленные Дуняшей зеркала. |
начинала говорить с ним и заставляла его признаваться, что он без причины был не в духе; но нынче она совершенно забыла это свое наблюдение; ей стало | больно, что он без причины на нее сердится и она почувствовала себя несчастною. Она спросила его, где он был. Он отвечал. Она еще спросила, всё ли в порядке по хозяйству. |
вы идете на эту войну, против кого же? Против Наполеона и | Франции. Ежели б это была война за свободу, я бы понял, я бы первый поступил в военную службу; но помогать Англии и Австрии против величайшего человека в мире... Я не |
— Оттолкнув удивленными, но сухими глазами глядящую на нее Наташу, она заперла ее | на ключ и приказав дворнику пропустить в ворота тех людей, которые придут нынче вечером, но не выпускать их, а лакею приказав привести этих людей к себе, села в гостиной, ожидая |
перешагнула порог и ступила на сырую холодную землю сеней. Обхвативший холод освежил ее. Она ощупала босою ногой спящего человека, | перешагнула через него и отворила дверь в избу, где лежал князь Андрей. В избе этой было темно. В заднем углу у кровати, на которой лежало что-то, на лавке стояла нагоревшая |
любящий покушать, выпить и расстегнувшись побранить слегка правительство, член московского Английского | клуба и всеми любимый член московского общества. Он долго не мог помириться с тою мыслью, что он есть тот самый отставной московский камергер, тип которого он так глубоко презирал семь |
только в первый раз Пьер увидал раненых, бредущих пешком и несомых на носилках. На том самом лужке с пахучими рядами сена, по которому он | проезжал вчера, поперек рядов, неловко подвернув голову, неподвижно лежал один солдат с свалившимся кивером. — А этого отчего не подняли? — начал было Пьер; но, увидав строгое лицо адъютанта, оглянувшегося |
В продолжение этих трех дней, предшествовавших пленению Москвы, всё семейство Ростовых | находилось в различных житейских хлопотах. Глава семейства, граф Илья Андреич беспрестанно ездил по городу, собирая со всех сторон ходившие слухи и дòма делал общие поверхностные и торопливые распоряжения о приготовлениях |
бутылкой вина разговор между тремя офицерами оживился. Гвардейцы рассказывали Ростову | о своем походе, о том, как их чествовали в России, Польше и за границей. Рассказывали о словах и поступках их командира, великого князя, анекдоты о его доброте и вспыльчивости. 294 |
переносила ее в самый задушевно-поэтический мир, а чувствуемый на себе взгляд придавал этому миру еще большую поэтичность. Взгляд же Анатоля, хотя и был устремлен на нее, относился | не к ней, а к движениям ножки m-lle Bourienne, которую он в это время трогал своею ногой под фортепиано. M-lle Bourienne смотрела тоже на княжну, и в ее прекрасных глазах |
человека зависело то, чтобы вся громада эта (и он, связанный с ней, — ничтожная песчинка) | пошла бы в огонь и в воду, на преступление, на смерть или на величайшее геройство, и потому-то он не мог не трепетать и не замирать при виде этого приближающегося слова. |
и высшим существом. Те самые свойства его, которые в том свете, в котором | он жил прежде, были для него, если не вредны, то стеснительны, — его сила, пренебрежение к удобствам жизни, рассеянность, простота, здесь, между этими людьми, давали ему положение почти героя. И |
на правую сторону Девичьего поля недалеко от монастыря, к большому белому | дому с огромным садом. Это был дом князя Щербатова, в котором Пьер часто прежде бывал у хозяина и в котором теперь, как он узнал из разговора солдат, стоял маршал, герцог |
Как тебе сказать, — отвечала Наташа, — я была влюблена в Бориса, в | учителя, в Денисова, но это совсем не то. Мне покойно, твердо. Я знаю, что лучше его не бывает людей, и так мне спокойно, хорошо теперь. Совсем не так, как прежде... |
вещей? Благоприятствовать ли революциям, всё ниспровергнуть, изгнать силу силой?.. Нет, | мы весьма далеки от того. Всякая насильственная реформа достойна порицания, потому что ни мало не исправит зла, пока люди остаются таковы, каковы они есть, и потому что мудрость не имеет |
которая не может постигнуть всего того, что́ составляет достоинство мужчины, — ein Mann zu sein.1 Вера в то же время также улыбнулась с сознанием своего превосходства над добродетельным, хорошим мужем, | но который всё-таки ошибочно, как и все мужчины, по понятию Веры, понимал жизнь. Берг, судя по своей жене, считал всех женщин слабыми и глупыми. Вера, судя по одному своему мужу |
годится, душа моя. Не все поймут вашу детскую связь, а видеть его таким | близким с тобой может повредить тебе в глазах других молодых людей, которые к нам ездят, и, главное, напрасно мучает его. Он, может быть, нашел себе партию по себе, богатую; а |
Ростовых. Он, тотчас же поздоровавшись с графом, подошел к Наташе и пошел за | ней. Как только Наташа его увидала, тоже как и в театре, чувство тщеславного удовольствия, что она нравится ему и страха от отсутствия нравственных преград между ею и им, охватило ее. |
Александрович (1761—1844), генерал русской армии. В 1805 г. начальник 20-тысячного корпуса, | отплывшего в Померанию для действия в качестве десанта под главным начальством шведского короля Густава-Адольфа IV, против Франции. После проигранного союзниками Аустерлицкого сражения корпус Толстого возвратился сухим путем в Россию — |
ей пользу; ежели бы он не знал, что ежели она не поправится, он не пожалеет еще тысяч и повезет ее за границу и там сделает консилиумы; ежели бы он не | имел возможности рассказывать подробности о том, как Метивье и Феллер не поняли, а Фриз понял, и Мудров еще лучше определил болезнь? Чтò бы делала графиня, ежели бы она не могла |
В числе молодых людей, введенных Ростовым, был одним из первых — Долохов, который понравился всем в доме, исключая Наташи. За Долохова | она чуть не поссорилась с братом. Она настаивала на том, что он злой человек, что в дуэли с Безуховым Пьер был прав, а Долохов виноват, что он неприятен и неестествен. |
оскорбительная мысль, что он может уехать из Москвы, не достигнув | своей цели и даром потеряв свои труды (чего с ним никогда ни в чем не бывало). Он остановился в середине речи, опустил глаза, чтобы не видать ее неприятно-раздраженного и нерешительного |
Не говорите со мной так: я не стою этого! — | вскрикнула Наташа и хотела уйти из комнаты, но Пьер удержал ее за руку. Он знал, что ему нужно что-то еще сказать ей. Но когда он сказал это, он удивился сам |
Subsets and Splits
No community queries yet
The top public SQL queries from the community will appear here once available.